- Прошлое. Мне было катастрофически мало двух арок, посвящённых  жизни Гето в академии.
Вне сомнений оно не ограничивается только белобрысым выскочкой лучшим другом. Секо, Нанами, Хайбара, Утахиме, Мей-Мей, Юки, Масамичи Яга  - все что угодно, от обыденной, а порой сумасшедшей студенческой жизни и учебного процесса, до сложных заданий и ужина стеклом от бренности бытия.
Секо, милая моя, пойдем накуримся и напьемся. Я пожалуюсь на то, что Нанами вечно бубнит как дед (а это моя прерогатива, вообще-то), а Сатору бывает тем еще мудаком.

- Был бы рад отпрыску клана Годжо, для отыгрыша внутренних конфликтов, открытого противостояния интересов и дружеской привязанности. На всех этапах повествования)

- Мимико и Нанако, батя вас любит и ждет.

- Сюжетка, альтернатива, аушки - безусловно ДА. Могу присунуть взять в отыгрыш необходимого отсутствующего персонажа, если данный персонаж будет полезен и интересен.

- Я не считаю, что у Сугуру  был шанс на "исправление". Его путь антагониста-идеалиста в неидеальном мире по своему логичен и оправдан. Поэтому не ожидайте особого энтузиазма от сюжетов -  "Им стоило просто обняться, и все бы наладилось".

- Хотелось бы больше раскрыть Гето пока еще в своем уме и теле, но если пригодится Кэндзяку - почему бы и нет. (Идеи есть)

"У победителя много друзей, и лишь у побеждённого они настоящие."
Никколо Макиавелли, итальянский философ
(Это мое личное видение, как у Сугуру и Сатору завязалась дружба. И оно может отличаться от вашего.)

- 1 курс магической академии. -

- Сугуру...
Мгновение, в котором ледяные пальцы словно невидимое проклятие касаются его кожи, заставило Гето вздрогнуть. Он оборачивается, но перед ним раскинулась только пустота, пронизанная зловещим ощущением: будто тысячи невидимых глаз следят за каждым его движением. Тишина вокруг была неестественно глубока, а в её безмолвии притаились шепчущие голоса, Холод проникал внутрь, словно терпкий яд, стекающий по извилинам его горла, оставляя за собой липкий, противный ком, от которого побежала волна тошноты. Но Гето знал, что он должен это терпеть. Обязан. Слова, звучащие в его голове, повторялись с нарастающей силой: «Сугуру... Ты есть мы, и мы это часть тебя» Эти слова эхом отдавались в его разуме, окутывая его воспоминаниями, принадлежащими не ему. Ощущение чего-то неотвратимого проникало в каждую клеточку его существа. Страх, отвращение, гнев, боль. Чьи это эмоции, его собственные?
Сугуру...
- Хей, Сугуру! Ты вообще в курсе, что уснул на улице? - пальцы, на этот раз вполне живые и теплые, растрепали его волосы.  Гето поморщился, скорее для вида, чем от раздражения. Он узнал Секо еще до того, как открыл глаза. После кошмара, пропитавшего его чувством отвращения, присутствие девушки было похоже на глоток свежего воздуха.
Ночка выдалась веселой, в целом, как и предыдущие на этой неделе: крупный пожар в Канадзаве стал плодотворной почвой для появления множества низкоранговых проклятий, и работы было достаточно даже для первокурсников. Сугуру действительно не заметил, как уснул после лекций прямо на скамейке возле спортзала. Было далеко за полдень, и солнечная жара, будто раскалённое железо, проникала во всё вокруг, вызывая у него чувство нестерпимого раздражения. Парень потянулся, принимая непринужденную позу, когда Секо плюхнулась рядом с ним, кинув ему на колени что-то напоминающее никуман.
- Но ты же не затем пришла, чтобы меня покормить?  - пальцы покрутили упаковку, а затем он сдвинулся, к ней в пол-оборота. Секо хмыкнула и протянула сигарету в  его раскрытую ладонь.
- Потом буду выслушивать лекции о том, как это я порчу мистера "ну, у меня то точно все по правилам",
- Не будешь, - Сугуру не удержался от еле заметной ухмылки, делая глубокую затяжку. От первой сигареты закружилась голова, но чувство тошноты ушло сразу. Настроение определенно достигало отметки "приемлемо". 
- Не хочу обламывать кайф, но тебя ждет директор. Какое-то важное дело на этот раз, я не в курсе, - Секо запрокинула голову, облачко дыма взмыло в воздух, - Как по мне, дали бы они тебе отдохнуть пару дней, а то уже с ног валишься.
Гето затушил сигарету об асфальт, пряча следы их маленького совместного преступления, и резко поднялся. "Важное" в понятии Масамичи Яги означало - быть немедленно. В противном случае, можно было встрять на 20-ти минутную лекцию о эффективном умении распределять свое время и чувстве ответственности, присущему каждому заклинателю - меньшее, что  сейчас бы хотелось слышать. Через пару шагов он опомнился и обернулся, кинув взгляд на удивленную Секо, только закончившую свою сигарету. 
- Извини, я пожалуй пойду, - его ладонь похлопала по карману черных спортивных штанов, в который он спрятал булочку, - Спасибо,  перекушу по пути. Увидимся.
- Бывай, - девушка усмехнулась ему в спину, - Если снова вернешься весь побитый, помогать не буду.

В кабинете его глаза наконец-то расслабились вдали от яркого солнечного света. Сёдзи были опущены, и вокруг царил полумрак, но от дерева, впитавшего солнечные лучи, веяло теплом. Как всегда, лаконичность пространства нарушал беспорядок из книг, бумаг и игрушек, сваленных на рабочем столе. Масамичи встретил его молча, пальцами постучав по краю стола в приглашении сесть. Сугуру, не колеблясь, подчинился. Даже по меркам обычно невозмутимого Яги, его нахмуренное лицо, отмеченное глубокой морщинкой между бровей, предвещало разговор, обещавший быть не из легких. Он медленно потер переносицу, словно собираясь с мыслями, и лишь затем произнес первые слова.
- Мне жаль, что у тебя не было времени на отдых Гето, но мы кое-что узнали. В окрестностях Канадзавы был замечен мстительный проклятый дух Кутисаке-Онна. Предполагаем, что именно он и стал катализатором местных бедствий и всплеска появления проклятий в этой области.
Сугуру не старался скрыть своего удивления. Дух Кутисакэ-онна был не простым проклятием, вызванным катаклизмом, смертями или скоплением негативной энергии - это городская легенда, которой было более тысячи лет, еще со времен эпохи Эдо. Сказание о прекрасной женщине и ее ревнивом муже, который не в силах смириться с красотой, привлекающей взгляды других, совершил чудовищное злодеяние. Он изуродовал ее лицо, разрезав ей рот, чтобы отвратить от нее любого мужчину. Боль и унижение были невыносимы. Не в силах жить с таким клеймом, она нашла свой конец в холодных водах реки, но даже смерть не принесла ей покоя. Ее душа, переполненная злобой и жаждой мести, не смогла покинуть этот мир. Она вернулась, став проклятием, чье существование питается болью и страхом.
В 70-е годы прошлого века, когда мир стремительно менялся, а старые страхи переплетались с новыми, эта легенда обрела новую жизнь. По всей префектуре Нагасаки начали распространяться тревожные слухи. Говорили, что вечером, когда солнце клонится к закату, по улицам бродит женщина в хирургической маске. Ее целью, как шептали, становились дети – самые беззащитные и невинные. Страх, словно зараза, охватил города и деревни. Но тогда...
- Дух ведь был изгнан заклинателями, разве нет? - в голосе Сугуру сквозила слишком очевидная неуверенность.
- В этом то и проблема, - Масамичи медленно встал, оказавшись у края стола, - Дух был изгнан, но вновь возродился, ошибки быть не может. Его невозможно просто убить, поэтому было решено, чтобы ты занялся им. Кроме того, это твой шанс выйти на новый уровень мастера проклятий.
Чтобы я занялся проклятием особого ранга?
Но прежде чем Гето успел открыть рот, дверь кабинета с пинка открылась. Вошедший студент даже не посмотрел в его сторону, небрежно  упав на стул рядом и развернулся спиной.
- Опаздываешь, Годжо!
На лбу куратора вновь пролегла глубокая складка, но в ответ на это лишь вырвался тихий, почти презрительный смешок. Взгляд Гето, острый и пронзительный, впивался в спину сидящего перед ним мага, как невидимые иглы. Всё в этом человеке, от показного равнодушия к присутствию других в кабинете, до манеры говорить и той откровенной пренебрежительности, с которой он взирал на куратора, вызывало в Сугуру жгучее раздражение. Отпрыск клана Годжо был ему  неприятен. Первый за 400 лет унаследовавший сразу две техники клана, вундеркинд, самоуверенный и заносчивый до жути маг-первогодка  Сатору Годжо, которого уже пророчили в сильнейшие из ныне живущих. Студент, от которого многие предпочитали держаться подальше и  за глаза побаивались.
- Дыру протрешь, челкастый,
Сугуру невольно сжал пальцы, игнорируя провокацию. Он лишь ожидал, что Масамичи озвучит то, о чем он уже догадывался.
- Вы вдвоем отправитесь на это задание, все маги А-ранга на данный момент заняты. Известная нам на данный момент информация находится в этих папках, — Яга щелкнул пальцами, положив ладонь на стопку офисных бумаг, — Ознакомьтесь с ней, машина будет ждать в шесть. Напомню, Годжо — ослабить и взять под контроль, не убить. С вами будет...
- Старик, и почему я должен помогать этому  слабаку, с дурацкой челкой? - Сатору наконец повернулся к нему лицом и его рот искривился в усмешке. Гето спокойно выдержал  умышленно-оценивающий взгляд неестественно голубых глаз, жалея, впрочем, что не может выбить из него всю дурь прямо здесь.
— Потому что я так сказал, Годжо.

Следующий час они провели, углубляясь в изучение техник и особенностей мстительного духа. Сугуру с трудом сдерживал нетерпение: пальцы непроизвольно отбивали ритм по столу, а взгляд то и дело возвращался к двери, словно он уже хотел поскорее закончить с этим потенциальным напарником. Впрочем, единственное, что имело значение – это результат. Когда они наконец вышли, и Гето смог расслабиться, Годжо внезапно остановился перед ним, не оборачиваясь.
- Если не будешь мешать мне, и путаться под ногами, то мы быстро справимся. Надеюсь ты понял?
Последняя капля терпения Гето переполнила чашу. Вспышка гнева, которую он так долго подавлял, вырвалась наружу. Его рука метнулась вперед, вцепившись в плотную ткань школьной формы Сатору у самого горла. С резким рывком Гето развернул его к себе, прижимая спиной к шершавой поверхности ближайшей стены. Захват был неожиданным, и Сатору замер, его глаза расширились от изумления. В ответ, он перехватил его руку, несмотря на то, что внешне Годжо был скорее худощавым в силу своего роста, его пальцы сжались так, что грозили сломать кости.
- Отпусти, чертов придурок, или я тебя в порошок сотру прямо здесь. Какого черта ты вообще имеешь право ко мне прикасаться?
Гето ощутил острую боль в руке, но хватки не ослабил. Его собственный голос был спокойным.
- Послушай, мне глубоко плевать на тебя и твою чертову уверенность в собственной уникальности. У нас есть задание, очень важное для меня задание. Но хочу я этого или нет, без твоей помощи не справлюсь.  Поэтому прекращай строить из себя заносчивого ублюдка и смирись с тем, что сегодня я твой напарник. Хочешь ты этого или нет.
Его пальцы на воротнике Сатору разжались, на секунду он замер с занесенной рукой, пока Годжо его не отпустил. Ярость в голубых  глазах сменилась чем-то иным. Послышался громкий смешок.
- Тогда попробуй доказать, что от тебя есть толк, - на губах Сатору мелькнула улыбка. Он развернулся и направился к выходу. Гето еще несколько секунд смотрел ему вслед, прежде чем двинуться за ним.