Irena Pridd
gleams of aeterna
Порой Ирэна сама себе кажется фигурой на шахматной доске. Ценность ее, конечно, могла бы быть и повыше, будь она мальчиком, как того, вероятно, ожидали родители после появления на свет первой дочери, однако тут выбирать не приходилось. Тем более что наследник у семьи, которому в будущем предстояло стать следующим герцогом Приддом, появился всего через год, тем самым решив вопрос относительно преемственности в роду.
Фигуры на доске должны куда-то двигаться. Какая следующей должна быть клетка для превратившейся из девочки в молодую девушку герцогской дочери? Правильно – брак. И тут у Ирэны появляется шанс повысить собственную ценность в глазах игрока, которым, несомненно, являлся Вальтер Придд, ее отец. Перспектива выдать дочь замуж за короля Талига и сделать ее королевой полностью отвечала его амбициям, ведь через этот брак он мог бы приобрести огромную власть.
Сама Ирэна искренне сомневалась в том, что корона на голове – это такое уж большое счастье, однако отцу не противилась. Это Габриэлла могла себе позволить спорить с родителями, ее младшая сестра предпочитала подобного не делать. В этом отношении она была истинным средним ребенком, которого сама природа буквально обязывала к проявлению гибкости и дипломатичности.
При этом нельзя сказать, что Ирэне не хватало решимости. Она у нее имелась, и с запасом. Без этого качества она едва ли рискнула бы сама объясниться с Робером Эпине, в которого была влюблена, и чей отказ во многом поспособствовал формированию ореола холодной отстраненности, ставшим постоянным спутником Ирэны. Если до этого объяснения нрав урожденной герцогини скорее был подобен спокойной озерной глади, то теперь озеро было сковано льдом.
С короной у Ирэны тоже не сложилось. Планы отца выдать дочь замуж за короля пошли прахом из-за восстания Карла Борна, мужа Габриэллы, и того душевного недуга, который постиг сестру после его казни. Однако тот факт, что после скоропостижной кончины Магдалы Эпине призовое место на «ярмарке королевских невест» заняла Катарина Ариго, не повлиял на добросердечное отношение к ней Ирэны, поскольку они были знакомы еще с детства. Урожденная герцогиня Придд даже какое-то время вместе с матерью исполняла обязанности фрейлины при дворе Катарины, пока в 393 году К.С. не вышла замуж за Августа-Корнелия, виконта Альт-Вельдер.
Увы, но для создания счастливой семьи любви только одного человека порой бывает крайне мало. Продолжая в тайне испытывать чувства к Роберу и подсознательный страх, что ей снова причинят боль, она так и не смогла по-настоящему открыться мужу, которого несмотря ни на что весьма уважала. Казалось бы, свою нерастраченную любовь Ирэна вполне могла бы реализовать в материнстве, однако страх, что внутри нее живет то же безумие, что и в Габриэлле, пересилил это желание, отчего ветропляска стала для виконтессы незаменимым помощником.
Смерть Джастина при таинственных обстоятельствах поселила в душе Ирэны недоверие к собственному отцу, заставив ее гадать, мог ли тот быть причастен к гибели сына.
369 год К.С. – год рождения Габриэллы
372 год К.С. - год рождения Ирэны
373 год К.С. - год рождения Юстиниана-Теофила-Георга (Джастина)
380 год К.С. - год рождения Валентина-Отто
386 год К.С. - год рождения Клауса-Максимилиана
388 год К.С. – восстание Карла Борна
389 год К.С. - год рождения Питера-Иммануила
391 год К.С. (весна) - Свадьба Катарины Ариго и Фердинанда Оллара. Объяснение с Робером Эпине
393 год К.С. – Ирэна выходит замуж за Августа-Корнелия, виконта Альт-Вельдер
396 год К.С. – смерть Джастина при таинственных обстоятельствах
Когда двери отведенных Владимиру покоев закрылись за ночным гостем, маг устало откинул голову на спинку резного кресла и издал тихий свист, повинуясь которому в узкий проем окна влетела крупная антрацитово-черная птица. Сделав круг по комнате, ворон, а это был именно он, устроился на крыше сундука, стоявшего в изножье постели и уставился на мужчину бусинками глаз, ума в которых бвыло больше, чем порой доступно некоторым людям.
— Что ты об этом думаешь, Корвин? – поинтересовался князь Кристальных пещер у своего фамильяра.
Въезжая в Морвейн, племянник короля Вэона предпочел скрыть, что помимо свиты его сопровождал также и связанный с ним узами дух. Хотя это было довольно опасно, Корвин стал для Владимира его глазами и ушами там, куда сопровождавшим его выходцам и Холода путь был заказан.
— Дорр-рен! К-корысть! К-король! К-ключ! – ворон возмущенно встряхнулся, отчего перья у него на воротнике воинственно вздыбились.
Хотя представитель младшей ветви семьи Халлотта и выглядел заметно уставшим, его тонкие губы тронула легкая улыбка.
— Как вижу, мы с тобой одинаково смотрим на роль лорда десницы во всем происходящем. Он ограничил доступ к Его Величеству отнюдь не из беспокойства о его здоровье. Сейчас для него находящийся в беспамятстве Вэон – это источник власти. Если тот умрет без свидетелей, не приходя в сознание, ничто не помешает милсдарю Элмару выдать собственную волю за последнее желание короля…
Завершить начатую мысль Владимир не успел. Каркнув «к-коридор!», ворон выпорхнул из окна. Фамильяр обладал гораздо более развитыми чувствами, поэтому не верить его предупреждению у мага причин не было, к тому же он и сам уже различал звук тихих шагов за дверью. Гостей сегодня, помимо только что покинувшего покои королевского лекаря, Халлотта не ждал, поэтому предпочел сделать вид, что спит, проверяя намерения того, кто решил навестить его в столь поздний час.
К удивлению Владимира это оказался не подосланный убийца, чего следовало ожидать в первую очередь. Сквозь неплотно сомкнутые веки в свете горящего очага он увидел, что в комнату, сжимая в руках свечу, зашла принцесса Эилис, его нареченная невеста, и это обстоятельство вызывало не меньше, а возможно и больше вопросов, чем появление вооруженного наемника.
После внезапного воскрешения предполагаемого принца Миримона помолвка, предложенная Владимиру королем королей, находилась в подвешенном состоянии. Конечно, для него самого брак с Эилис открывал дорогу к трону Морвейна. Но если предполагаемый наследник окажется тем, за кого себя выдает, и Вэон признает его, принцесса из будущей королевы превратится всего лишь в княгиню Кристальных пещер, в то время как ее руку можно было бы использовать для заключения гораздо более выгодного дипломатического союза.
— Вы крайне неосторожны, Ваше Высочество, — перестав разыгрывать из себя спящего, маг открыл глаза и посмотрел на Эилис. – Без предупреждения приближаться к спящему воину иногда может быть крайне опасно.
Он продемонстрировал девушке кинжал, который все это время сжимал в ладони.
— И чем же я обязан вашему визиту в мою скромную обитель? – поинтересовался Владимир, вставая с постели.
Отредактировано Irena Pridd (Вчера 21:55:12)
