| ANNE DE BREUIL COMTESSE DE LA FERE
// the three musketeers //
Если вы вдруг решили сбежав в юности из монастыря где-то в 17 веке, совершив церковную кражу и пережив кучу потрясающих (нет) приключений выйти замуж за человека, который имеет привычку влюбляться в мраморные статуи — остановитесь, подумайте. 0 из 10, никому не рекомендую.
Хотя, скорее всего, если вы умны, талантливы, разбираетесь в траволечении и ядах и хоть немного владеете холодным оружием — в дальнейшем вам обеспечены еще более увлекательные приключения, а также:
☑Захватывающая работа как рыцаря плаща и кинжала на благо хоть какого-нибудь государства (издержки и провалы за ваш счет, разумеется)
☑ Дружный коллектив, где каждый второй, думает как бы убить или хотя бы сделать менее привлекательной жизнь каждого первого
☑Проблемы с бывшим. А, нет, простите, со всеми бывшими, из тех, что до сих пор по какому-то странному стечению обстоятельств еще живы
☑Выживание не гарантировано
У женщины со множеством имен богатое прошлое, и целая кипа ненужных воспоминаний — примерно столько же, как бумаг на столе у его высокопреосвященства. Она давно уже научилась быть холодной и расчетливой — иначе в этом мире, где правят деньги, власть и титулы выжить довольно проблематично. В целом, выживать она привыкла. Она достаточно очаровательна, чтобы вызвать доверие и нагло этим пользуется, чтобы выведывать любые секреты. Она умеет найти подход хоть к кухарке, хоть к королю.
Вот только более менее доверяет она в этом только одному человеку. Кардиналу. Более-менее — потому что он тоже логичен и последователен, а на случай некоторых неожиданностей у нее приготовлен путь к оступлению, а то и два.
Ни-ко-му не доверяй, выстукивают каблуки ее башмачков по бальному залу — неважно где, в Лондоне, в Мадриде или в Париже.
Ни-ког-да не влю-бляй-ся — мерно скрипит ось ее кареты. Куда там нынче поворот? В Менг? В Сен-Дизье? В Кале, на корабль? Какой смысл влюбляться, если ты почти всегда в дороге? Какой смысл сближаться с кем-либо, если любая правда о тебе перечеркивает все?
Она умеет убивать. В этом мире все умеют убивать. И если ее назовут безжалостной, она лишь поднимет бровь — на дуэлях от руки почти любого из королевских вояк погибло больше людей, чем от ее рук.
Самое удивительное в том, что несмотря на клеймо и на шрам от веревки на шее, несмотря на то, что ее носит по свету, в ее жизни все еще осталось место обязательствам и привязанностям. У нее все еще есть сын и может она очень плохая мать, но она достаточно хорошо делает свою работу, чтобы ему не пришлось выбираться из заточения и нищеты как ей, в свое время.
пример поста Шумная и пестрая толпа на приеме — прекрасный способ затеряться, если только никто громко не объявляет твое имя. Поэтому миледи не торопилась входить в бальный зал, чтобы не столкнуться с герольдом.
Будучи дважды мертвой, так она рассуждала, было бы глупо провоцировать судьбу, чтобы умереть в третий раз. Она бы предпочла держаться от этого собрания как можно дальше, но к сожалению обещание, данное его высокпреосвященству, надо было исполнять, а значит в ее распоряжении были все небольшие переходы между залами, сад и прочие милые закутки, где могут перешептываться и перегладываться приятели де Лавалетта, де Суассона и прочих бедолаг, обвиненных в измене.
Она была в некоторой степени готова увидеть снова своего, так неудачно избежавшего казни, супруга. Где бы еще находились мушкетеры короля, как не рядом с королем? Особенно после всей шумихи с раскрытым заговором и арестами. И, если черты ее лица предательски дрогнули, выдавая нервозность и ярость, вспыхнувшую в груди при виде графа де Ла Фер, то она с удвольствием отметила про себя, что ее появление произвело на графа куда более яркое впечатление.
Она не отказала себе еще в одном маленьком удовольствии — кивнуть ему, с усилием растянув губы в полуулыбке, присев в коротком реверансе. Это было опрометчиво с ее стороны — в любом момент Атос мог скомпрометировать ее перед всеми. Но тогда бы ему пришлось принести в жертву то, что он любил, по ее мнению, действительно куда больше своей и чужой жизни — свою родовую честь, поэтому пока Анна ощущала себя в какой-то степени в безопасности. Он мог рассказать об ее прошлом кардиналу, но тогда бы ему пришлось рассказать и о своем самосуде, и вместе с ней отправиться прямиком в Бастилию. И все же она не стала искушать судьбу, дольше, чем возможно и, улучив момент, смешалась со стайкой щебечущих фрейлин королевы, обменивающихся последними сплетнями, только для того, чтобы отделиться от них и выскользнуть в сад, чтобы перевести дыхание и привести мысли в порядок.
Она не могла предугадать — рискнет ли Атос последовать за ней, но жизнь приучила ее ждать любых подвохов.
| |
